Юрий ШЕВЧУК
Прямо у цинковых волн, набегающих всегда по две, стоят дощатые дачи времен Декаданса. Башенки и мезонины, полукруглые оконца, сирень и крыжовник...Плоская земля, всего тысячелетие назад бывшая дном моря. Хлопки полотна и ставень, запах керосина, кипящий чайник, спутанные черные комки водорослей на отмели, сухой тростник, свистящий на ветру, песчаные холмы, сосны, сырой, черно-белый воздух, в нем крики чаек, невидимых с расстояния... Сезон кончился, по вечерам берега погружаются в туман, но море спокойно, и можно сесть на яхту или катер и отправится к густо черным на фоне осеннего закатного Солнца соринкам на горизонте, заметным скорее из-за огромных пустот неба и воды, лежащих между песками и болотом. Черточки, приближаясь, превращаются в каменные бастионы. Они совершенно безлюдны. Навсегда закрыты бронированными крышками бойницы орудий главного калибра; никогда уже не поедет по рельсам тележка со снарядами, не заскрипят лебедки, поворачивая гигантские стволы пушек, и не наполнятся казематы удушливыми пороховыми газами...
... Их строители гибли сотнями, и кости умерших прекращались в плоть возникающих островов. В лютый мороз, когда Балтика замерзала, множество саней скрипя тянулось на лед. Лошади тащили, надрываясь и скользя, огромные короба из цельных бревен, заполненных землей вперемешку с камнями. Короба затем опускали под лед, на десяти-пятнадцатиметровую глубину. Так возникал искусственный остров. Убегавших от непосильной работы крестьян-строителей ловили, били кнутом, клеймили и возвращали в кандалах на лед Финского залива.
За два века так были возведены 18 островов с крепостями на них, десятки километров ряжевых и свайных преград, намыты искусственные отмели. На дно залива было уложено песка и гравия в два раза больше, чем пошло в наши дни на сооружение системы защитных сооружений от наводнений, протянувшейся от северного до южного берега Невской губы. Странна судьба этих крепостей. Они - за исключением первой деревянной башни форта "Кроншлот", смытой наводнением - никогда не воевали. Спустя пять-десять лет после постройки они устаревали и приходилось с тем же надрывом, разрывая жилы, строить новые бастионы. Пушки, стреляющие ядрами, сменялись пушками, бьющими пироксилиновыми снарядами; амбразуры каменных крепостей уступали место вращающимся бронированным башням. Старые форты превращались в провиантские и оружейные склады.
Форт "Александр I" напоминает старинный замок - крупные плотно пригнанные гранитные блоки, узкие бойницы в четыре ряда, мрачные коридоры. Везде - холодный камень, круто обрывающийся в не менее холодные балтийские воды. "Первый Южный" производит впечатление музейной экспозиции - будто военный историк специально расставил рядом бастион XIX века, позицию для дальнобойного орудия 1-ой мировой и пулеметный дот 30-х годов. Форт "Зверев" сожжен - даже кирпич расплавился и багровыми сосульками стек с потолка. Говорят, что моряки закачали в помещения крепости подлежащий ликвидации напалм и подожгли. Здесь следовало бы создать одно из отделений будущего Музея преступлений перед человечеством - посвященное Первой мировой войне. Чтобы посетитель почувствовал смрад разлагающегося мяса и хлорки, увидел разбитый артиллерийский окоп, ошметки людей и лошадей, колючую проволоку, перевернутую санитарную фуру, и все это - в жирной маслянистой грязи, и ничего живого, кроме откормившихся крыс... Бессмысленность и мерзость войны на этом острове ощущается, как нигде.
Форт "Тотлебен" был построен в начале нашего столетия, но перестраивался до 50-х годов. На нем устанавливали новейшее для своего времени вооружение, но оно устаревало прежде, чем его удавалось применить. Когда русско-японская война показала, что фугасный снаряд уничтожает прислугу сразу двух близко расположенных пушек, половину артиллерии с форта сняли, а оставшуюся закрыли бронированными колпаками. Началась война 14-го года - и обнаружилось, что главный калибр германских линкоров бьет на 30 миль, а орудия форта - всего на 18. Если бы не тысячи мин, которыми русские моряки буквально нашпиговали Финский залив, Петербург был бы беззащитен перед германским флотом. Кронштадтский мятеж, когда форт был захвачен пешими курсантами, заставил посадить на старые основания бетонные пулеметные гнезда. Отечественная война "оснастила" форт зенитками; изобретение атомной бомбы заставило построить химубежище; а развитие ракетной техники и появление водородной бомбы, могущей вскипятить весь Финский залив за пару минут, заставило гарнизоны "непотопляемых броненосцев" без боя сдать ставшие бесполезными укрепления и сойти на берег.
Судьба фортов символична. Четырехсотлетняя битва за Балтику, казавшаяся выигранной в момент основания Петербурга, была проиграна несколько лет спустя с основанием Кроншлота - первого форта на искусственном острове. Слишком уж разным оказалось восприятие моря у русских и сопротивлявшихся их продвижению приморских народов - что было крепким тылом и источником пропитания для одних, казалось чуждой стихией, бескрайним простором, откуда приходят корабли врагов, другим. Прорвавшийся к холодному морю во главе калмыцкой конницы и одетых в опереточную форму вчерашних крестьян царь Петр так и не смог приучить соотечественников жить на воде - хотя и столицу перенес на место, которое только условно можно было назвать сушей, и мосты строить запретил - на лодках, мол, меж островами дефилируйте, - и каналы прорыл, впоследствии потомками засыпанные... Балтийские холодные волны в итоге убили его. А наследники, убоявшись открытого моря, к которому, казалось, рвались они так долго, стали... застраивать Балтику.
Теперь мы можем сказать, что попытки проникновения России на Запад были заранее обречены на неудачу - как и любое другое насилие над природой. Первое поражение на этом пути, многократно потомками повторенное, потерпел Иван Грозный, который вверг Русь в катастрофу Ливонской войны. Ливонские рыцари давно уже превратились в мирных бюргеров и платили Руси дань - только вот нерегулярно, на что Иван и осерчал. А в это же время татары Крымского ханства сами взимали дань с Руси - и не довольствуясь этим, совершали набег за набегом, убивая, грабя, сжигая, насилуя, и возвращались в Крым на своих низкорослых лошаденках, по бокам которых висели страшные корзины с сидящими в них белоголовыми детьми... Невольничьи рынки Оттоманской Порты были переполнены славянскими пленниками. Хронисты даже задавались вопросом - а остались ли еще люди в этой северной стране? Но Иван Грозный вместо защиты европейцев от Востока решил стать еще одним пугалом для Запада.
Жесткое противостояние с придуманным врагом вынуждало кормить врага настоящего. В советское время это приобрело характер новой дани - нищающие русские области выдавали жиреющей Средней Азии и Закавказью лучшие куски. В результате количество мусульман в границах бывшей Российской империи к 1985 году выросло в 100 раз за сто прошедших с присоединения лет. Армия и флот, на 2/3 укомплектованные азиатами и кавказцами, стали безопасны для врага, но опасны для собственного народа. Но страшнее было другое. Традиционный имидж "жандарма" - внешнего и внутреннего. Трагедия Крымской войны - когда европейские страны единым фронтом поддержали Турцию, своего старого противника, против России, показавшейся им еще опаснее... Выключенность России из европейских союзов. Распад цивилизации золотого XIX века после первой мировой, сенегальская стража на Рейне, уход России на Восток; существование СССР в качестве арсенала всех, кто согласен убивать европейцев под видом "национально-освободительных движений".
Конечно, последние балтийские провинции России, как и Латвия, Литва и Эстония, неминуемо станут ей чужими. Здешние местности вырабатывают у проживающего населения национальный характер столь же непохожий на среднерусский, сколь не схожи сосны и дюны с березовыми рощами... Новые люди повернутся лицом к морю - и новую линию обороны они построят не от европейской цивилизации, а от дышащих смрадом в спину азиатских варваров. России наконец надо выбрать - с цивилизованным Севером или с нищим Югом будет она в начинающейся новой мировой схватке. От этого решения в конечном итоге будет зависеть будущее континента. Неправильный выбор обречет всю Россию на судьбу заброшенных фортов - самых дорогих памятников ошибкам во внешней политике.
[Писать "Вольному Петербургу"]
[МАНИФЕСТ] | [Предоставление гражданства] | [Маленькая страна] | [Исторический очерк] | [Современное состояние] | [О текущем моменте] | [Проект национального гимна] | [Программа действий] | [Политический облик] | [Публикации в прессе] | [Наши линки] | [Экономическая программа] | [Пресс-релиз] | [Наши анекдоты] | [Анекдоты из жизни] | [Культурный проект] | [Публицистика. Краеведение]